Управление через страх: в Узбекистане чиновничий стиль общения остаётся нормой 

Недавний «выговор» главе Музрабатского района Сурхандарьинской области Абдулле Маматкулову после появления аудиозаписи, где он оскорбляет фермеров и угрожает им, в очередной раз обнажил устойчивую проблему узбекской управленческой культуры. 

Хокиму Абдулле Маматкулову объявили выговор после того, как в сеть попала аудиозапись, на которой он оскорбляет фермеров, угрожает им тюрьмой и требует в ультимативной форме выполнить план по сдаче зерна.

Запись опубликована 15 июня этого года в кабинете хокима. На ней Маматкулов в жёсткой форме отчитывает подчинённых и угрожает им тюрьмой, в ультимативной форме требуя выполнить план по сдаче зерна: «Почему не закрываешь? Если до 11 не закроешь, я тебя посажу… Эй, козлёнок, понял? Закрой! Даю тебе один час». При этом большую часть разговора занимал монолог чиновника, а фермеры отвечали лишь короткими репликами. После резонанса Агентство по противодействию коррупции провело проверку и отчиталось о “нарушении профессиональной этики государственного служащего”. 

Чиновник получил выговор, общественность на время “успокоилась”. Но проблема осталась. Она в том, когда вместо конструктивного диалога, поиска решений и мотивации — угрозы, унижения и демонстративное административное давление. Такие инциденты воспринимаются обществом уже почти как рутина: шум в соцсетях, формальное наказание, кратковременное затишье — и возвращение к прежним практикам.

Унижение подчиненного — часть системы

По мнению директора базирующегося в Великобритании аналитического центра Central Asia Due Diligence Алишера Ильхамова, «унижение подчиненных характерно для авторитарных режимов, при которых отсутствует верховенство закона, независимость правосудия, разделение властей и уважение прав человека как один из приоритетов государственной политики».

Как отметил эксперт, в такой системе главным условием “выживания” в ней становится лояльность нижестоящих органов власти и чиновников вышестоящим, а также беспрекословное выполнение воли последних. Именно поэтому, по его словам, чиновникам на всех уровнях нередко прощается «крутое поведение» в отношении подчинённых, чьи права и достоинство могут ущемляться безнаказанно и без серьёзных последствий. 

При этом, добавил Ильхамов, даже те выговоры, которые в единичных случаях выносились в отношении мирзаевых, «это всего лишь игра на публику». По его словам, в этом смысле мало что изменилось со времён предыдущего президента [Ислама Каримова]: тогда также господствовала практика жёсткого обращения с подчинёнными.

Эксперт также подчеркнул, что такое отношение к ним поощрялось сверху как признак жёсткого стиля руководства. По его словам, руководство страны исходило всегда из того, что «без такого подхода невозможно управлять государством и обществом».

Узбекский социолог, пожелавший остаться анонимным, считает, что в основе такой системы есть более глубокая причина и это советское по происхождению «командно-административное» мышление, которое в условиях независимости Узбекистана получило новые формы, но не изменило сути. 

 А в советскую эпоху технологии подавления, да и подобострастия, перекочевали методы российского имперского бытия и “ханско-эмирского” владычества. 

Типичными инструментами  управления были и остаются публичные оскорбления и мат на совещаниях, угрозы увольнения, «закрытия» хозяйства или возбуждения уголовных дел, демонстративные «воспитательные» акции — от стояния под палящим солнцем и в холодном арыке до часов с камнями в руках, — а также ночные собрания, из которых никого не выпускают, пока «ситуация не исправится».

Такие методы, по его мнению, позволяют быстро «пробить» план, но разрушают инициативу, убивают доверие и формируют культуру круговой поруки и скрытого саботажа. 

Эксперт отмечает, что “формальные наказания редко приводят к реальному отстранению от системы. Слабое развитие профессиональных ассоциаций фермеров, независимых СМИ и общественного контроля лишь укрепляет эту модель. Когда единственным каналом влияния остаётся вышестоящий начальник, стиль общения неизбежно сохраняется примитивно-авторитарным”.

Заставили стоять по колено в воде почти час и бегать мокрыми по улице

В истории независимого Узбекистана было много резонансных случаев, когда высокопоставленные чиновники позволяли себе жестокие и унизительные методы «воспитания». Самый известный из них связан с бывшим заместителем премьер-министра — руководителем правительственного комплекса по вопросам сельского и водного хозяйства, переработки сельскохозяйственной и продовольственной продукции Зойиром Мирзаевым. Осенью 2018 года в социальных сетях распространилась фотография, на которой шестеро мужчин стоят, опустив головы, в арыке по колено в воде. Позже появился другой снимок, где также шестеро мужчин стоят в ряд, держа в руках крупные камни.  Оба снимка были сделаны в Ташкентской области и все они связаны с визитом Зойира Мирзаева в эти хозяйства. 

Как сообщалось, все шестеро мужчин были наказаны Мирзаевым за отсутствие полива пшеничных полей. Трое из них были сотрудниками администрации Аккурганского района, один – аксакалом махалли, еще двое – местными фермерами. Всех шестерых мужчин заставили постоять в холодной воде в арыке около 40-45 минут, а затем пробежаться по улицам в мокрой одежде. Сцену наблюдали местные жители. После этого пользователи соцсетей запустили флешмоб, публикуя свои фото, стоя по колено в воде. 

Власти отреагировали быстро. Случай в Аккургане произошел 25 октября, а Зойира Мирзаева президент освободил от должности 27 октября. Премьер-министр Абдулла Арипов назвал произошедшее «постыдным» и подчеркнул, что поведение вице-премьера идёт вразрез с политикой президента. Генпрокуратура проводила проверки, звучали обещания, что «никто не стоит выше закона».

Последовавшая отставка и подписанное 29 октября Шавкатом Мирзиеевым распоряжение о повышении ответственности руководителей органов государственной власти всех уровней за недопущение и искоренение любых проявлений и всех форм принудительного труда многие восприняли тогда как сигнал о недопустимости подобных практик.

И где сейчас Мирзаев? Через несколько недель он вернулся в систему — сначала хокимом района в Джизакской области, а затем, в 2019 году, был назначен хокимом Кашкадарьинской области (фактически повышение). Позже он получал государственные награды, в том числе орденом “Дустлик” пару месяцев назад. Теперь он хоким Ташкентской области, где производится почти  10% валового внутреннего продукта страны. 

Этот кульбит стал классическим примером лицемерия: публичное наказание носит показательный характер, но не приводит к реальному отсечению токсичных практик. Человек, продемонстрировавший крайнюю форму унижения подчинённых, остаётся внутри элиты и даже продвигается дальше. Значит заслужил…

В текущем году в Узбекистане вновь зафиксированы случаи грубого и унизительного обращения чиновников с подчинёнными и фермерами. Только за первую половину 2026 года в публичное пространство попало несколько резонансных инцидентов, задокументированных аудио- и видеозаписями. Сколько подобных случаев осталось «за кадром», остаётся лишь гадать.

Оскорбления фермеров и угрозы тюрьмой

В Ферганской области хоким Кувинского района Халимжон Умаров попал под служебную проверку после публикации аудиозаписи, на которой он оскорбляет фермера и угрожает ему. Чиновник требует отдать земельный участок, использует нецензурные выражения и говорит: «Эй ты, х… не хочешь со мной разговаривать? Какого х… ты что, играешь со мной? Третий день тебя ищу, не могу найти. … тебя сейчас посадить?! Хочешь, чтобы тебя посадили?».

План по «бродягам» в Олмазарском РОВД

В Ташкенте разразился скандал вокруг сотрудника Олмазарского РОВД Аброра Худойбердиева. Он в грубой форме требовал от инспекторов профилактики обеспечить показатели по выявлению бездомных. В распоряжении СМИ оказалась запись, где он говорит, что сотрудники, не нашедшие реальных бродяг, должны оформить протоколы на родственников или даже «записать в бездомные самих себя». Целью было выполнить план в 300 человек к концу дня. После служебной проверки он был освобождён от должности. 

Учителей заставили стоять час после неудачного визита в школу

В марте 2026 года в Навоийской области хоким Карманинского района Шохрух Болтаев после посещения школы остался недоволен ответами учеников на его вопросы. Он вызвал к себе 46 учителей (в основном женщин), которые проехали 30 километров. На встрече он их стоять в течение почти часа и высказывал претензии. Учителя отметили, что это было унизительно, а некоторые из них в тот день держали пост. Прибывших педагогов — большинство из которых соблюдали пост — заставили  около часа стоять, выслушивая жёсткую критику; хоким потребовал уволить заместителей директора. Инцидент завершился неформальными извинениями хокима с цветами — как сообщили издания Gazeta.uz и Kun.uz.

Контекст и реакция властей

Интересно, что реакция на эти события в 2026 году была неоднозначной. С одной стороны, в результате таких скандалов были инициированы служебные проверки. С другой стороны, произошли массовые увольнения чиновников (более 40 человек за день), инициированные президентом. Однако они касались, в основном, вопросов исполнения экономических планов и работы налоговых органов, а не грубого обращения с людьми. 

Если проанализировать предыдущие годы, то практически все чиновники, «прославившиеся» рукоприкладством, матом, оскорблениями и публичными унижениями подчинённых и фермеров, в итоге не ушли из системы, а некоторые даже пошли на повышение (как Зойир Мирзаев). Это подтверждает, что выговоры и громкие отставки зачастую носят показной характер — они призваны успокоить общественность, а не искоренить проблему. К примеру, Тура Боболов (бывший хоким Сурхандарьинской области) в аудиозаписях грубо оскорблял и угрожал прокурорам и районным руководителям. После отставки вернулся в систему и в 2023 году стал хокимом (и.о. хокима Аккурганского района Ташкентской области). Шухрат Ганиев (бывший хоким Ферганской области) получал «строгое предупреждение» Сената за грубое обращение с гражданами. Сейчас занимает высокий пост Государственного советника Президента по вопросам аграрного развития.

Применяют ли они сейчас рукоприкладство и унижения по отношению к подчинённым, остаётся гадать. Однако то, что такие руководители не только не исчезают из системы, но и нередко идут на повышение, наглядно показывает, насколько устойчивы старые методы управленческой культуры.

Каждый раз как в первый раз

За последние годы в Узбекистане появились некоторые изменения: больше публичных увольнений и выговоров, активность СМИ и соцсетей. Однако старые практики воспроизводятся с завидной регулярностью — от районных хокимов до высокопоставленных чиновников.

Уже само то, что аудиозапись этой расправы, на которой хоким в грубой форме отчитывает подчинённых ему фермеров, была сделана одним из участников разговора и в итоге попала к журналистам, говорит о многом. Это не просто утечка, а признак того, что общество всё меньше готово молча терпеть подобное обращение и всё чаще выносит такие практики в публичное пространство. Иными словами, страх уже не работает так безотказно, как раньше. И внутри самой системы находятся те, кто обнажает злоупотребления и передаёт их на общественный суд.

Особенно показательно, что даже когда оскорблённые и униженные пытаются сами защитить свою честь и достоинство, система встаёт на сторону обидчика. Яркий пример этому случай 2023 года из Бухары. Заместитель хокима области в телефонном разговоре матерно обругал подчинённого («иди на х*й»). Пострадавший подал в суд, однако лингвистическая экспертиза во главе профессора Бибиш Жураевой заключила, что в телефонном разговоре это выражение якобы не является оскорблением. В итоге чиновник избежал серьёзного наказания.

История вызвала волну иронии и возмущения в соцсетях. «Бибиш Жураева — первый узбекский профессор-филолог, который узаконил слово «идинах*й“», — написал канал Telegraf.uz (как передавало Радио Свободы). Казахстанский экономический аналитик Сапарбай Жубаев отреагировал: «Мы раньше говорили „послал на три буквы“. Теперь, получается, можно говорить прямо!».

До тех пор, пока страх остается главным рычагом мотивации, система будет обречена на бесконечное воспроизводство скандалов. Реальная модернизация требует не показательной порки, а фундаментального пересмотра критериев оценки госслужащих, защиты прав подчиненных и формирования культуры, где уважение к личности важнее сиюминутных отчетов о выполнении плана. Без этого каждый очередной выговор будет лишь сменой декораций в старом спектакле.