Жара: как в борьбе с ней непрозрачные решения превращают Ташкент в зону риска 

В сорокаградусную жару один и тот же город ощущается совершенно по-разному. Кто-то закрывает окна, включает кондиционер и остаётся дома, кто-то садится в машину и почти не выходит на улицу, а кому-то приходится ждать автобус под прямым солнцем или проводить рабочий день на открытом воздухе. Для одной части горожан жара – несколько тяжёлых часов, которые можно переждать. Для других – обычная часть рабочего дня, которую нельзя отменить или перенести.

В июле 2026 года температура в Узбекистане поднималась до экстремальных значений. Пик жары пришёлся на 18–19 июля: в большинстве регионов воздух прогрелся до 43–45 градусов, а на юге и в пустынной зоне – ещё выше. В Ташкенте 19 июля температура достигла 44,3 градуса – всего на 0,3 градуса ниже абсолютного максимума 1997 года. 

Но одни и те же 44 градуса для разных жителей города означают совсем разные условия. В квартире с кондиционером их можно переждать, в автомобиле – проехать несколько километров, а на открытой остановке приходится просто стоять и ждать. Коммунальный работник, курьер или дорожный рабочий и вовсе может провести под этим солнцем несколько часов подряд.

Жара всё заметнее показывает, насколько по-разному устроена повседневная жизнь в одном городе и становится для Ташкента не только вопросом климата, но и вопросом городской среды и социального неравенства. У одних есть возможность спрятаться от высокой температуры, у других такой возможности практически нет. А решения о том, как город адаптируется к жаре, зачастую принимаются без участия самих горожан.

Пока город прячется от аномальной температуры, одни работают, другие осваивают бюджет 

В середине июля в социальных сетях появилось видео, на котором сотрудники службы благоустройства Яккасарайского района Ташкента убирали улицу во время аномальной жары.

Видео быстро разошлось по соцсетям. Пользователи возмущались тем, что люди продолжают работать под палящим солнцем при температуре выше 40 градусов.

«Огромное спасибо сотрудникам благоустройства за их труд, но выводить их на улицу работать при +48 °C – значит подвергать опасности их здоровье. Где здесь Трудовой кодекс и просто человечность? Созданы ли для них условия, чтобы пить воду и отдыхать в прохладном месте? Рабочее время нужно срочно пересмотреть», – написал один из пользователей.

Другой сформулировал ещё проще: «Бедные люди работают, потому что нужно зарабатывать на жизнь».

После общественного резонанса Государственная инспекция труда провела проверку и установила, что работникам не были созданы надлежащие условия труда. Начальника управления благоустройства Яккасарайского района привлекли к административной ответственности по статье 49 Кодекса об административной ответственности. Тем временем на улицах Ташкента немало людей занималось своей работой, соцсети о всех не расскажут.

Однако за этой локальной историей вероятно скрывается системная проблема муниципального сектора. Сфера ЖКХ и благоустройства в Ташкенте остается непрозрачной. Подрядчики, выигрывающие государственные тендеры на уборку и озеленение, зачастую экономят на безопасности и оплате труда работников, чтобы максимизировать маржу. Местные власти, в свою очередь, закрывают глаза на нарушения для «идеальной картинки» в отчетах и выполнения спущенных сверху KPI. Штраф для руководства компании-подрядчика — это лишь издержки, которые многократно окупаются за счет бюджетных контрактов, порой доставшихся им без реальной конкурентной борьбы.

При этом предупреждения о жаре и рекомендации по организации труда уже существовали. 15 июля Государственная инспекция труда призывала ограничить или временно приостановить тяжёлые работы на открытом воздухе в самые жаркие часы, обеспечить работников питьевой водой, затенёнными местами для отдыха и регулярными перерывами.

20 июля инспекция отдельно рекомендовала временно приостанавливать опасные работы на открытом воздухе с 10:00 до 17:00 и переносить необходимые работы на более прохладное время.

То есть рекомендации были, но конкретная история работников стала предметом официальной проверки только после того, как попала в социальные сети. Для человека, который работает на улице, температура на термометре – не абстрактная цифра из прогноза погоды. Это несколько часов, которые ему всё равно приходится провести под солнцем, выполняя тяжелую физическую работу.

Остановки: монополия в тени и вопросы к инвесторам 

Похожая история развернулась вокруг городских автобусных остановок.

Разговор о новых остановках начался ещё весной, когда в Ташкенте стали демонтировать старые конструкции и торговые точки. Власти объясняли это необходимостью обновить остановочную инфраструктуру и привести её к единому стандарту. Но после демонтажа у горожан возник естественный вопрос: насколько новые остановки будут защищать пассажиров от того, с чем Ташкент сталкивается каждый год, – палящего солнца, дождя, холода и большого скопления людей? И уже в июле, когда температура в городе поднялась до 40 градусов и выше, этот вопрос стал особенно актуальным. Но если дизайн остановок – это вопрос как минимум халатности и некомпетентности, то сам процесс их установки вызывает серьезные вопросы о конфликте интересов. Почему обновление остановочной инфраструктуры по всей столице фактически было передано в руки одной-единственной компании-инвестора? Почему не было  реального тендера с участием производителей, которые могли бы снизить цены и повысить качество?

17 июля жители Ташкента начали активно обсуждать новые остановочные павильоны, которые, по мнению горожан, практически не защищают от солнца. Поводом стал пост в соцсетях об одной из самых оживлённых остановок столицы возле Северного вокзала. Автор поста жаловался, что конструкция почти не даёт тени и особенно неудобна для пожилых людей и детей. 

В комментариях горожане сравнивали новые павильоны со старыми остановками, где конструкции были более закрытыми, а рядом нередко росли деревья. Один из пользователей написал: «Этого следовало ожидать. Кто ставит остановки под палящим солнцем? Раньше были под деревьями, хоть тень была».

Другие обращали внимание на размеры новых павильонов и количество людей, которым приходится одновременно ждать автобус. «Остановки на пять человек там, где собирается 35 человек, да ещё и без кондиционера, открытые – ужас», – написал другой пользователь.

Город меняет остановки, рассчитывая сделать их современнее и удобнее. Но летом пассажиры смотрят на них совсем с другой стороны: есть ли здесь место, где можно спрятаться от солнца 

В соцсетях обсуждали и стоимость новых конструкций. В публикациях фигурировала сумма в $20–25 тысяч за одну остановку, однако руководитель компании-инвестора EWI Snacks Жахонгир Абдурахмонов назвал эту цифру завышенной.

По его словам, средняя стоимость строительства современной коммерческой остановки составляет около 140 млн сумов – примерно $11 тысяч. При этом компания за свой счёт подводит к павильонам электричество и интернет, устанавливает и обслуживает электронные табло, занимается уборкой и ремонтом и несёт расходы по дальнейшему содержанию – около 2,5–3 млн сумов в месяц на одну остановку, то есть примерно $200–235. Увы, зачастую в сфере госпартнерства разрыв между «ожидаемой» и «реальной» стоимостью контракта – классический признак непрозрачного ценообразования. Кто и как формировал эту смету? Не завышена ли стоимость обслуживания и рекламных конструкций, чтобы компенсировать «социальную нагрузку»?

Формально обновление остановок прошло через тендер, но его результаты вызывают серьезные вопросы о реальной конкуренции. Победителем на модернизацию сотен остановочных комплексов в Ташкенте стало ООО «Ewi Snacks» – компания, чьим основным профилем до этого было производство снеков и чипсов. На 230 объектов, несмотря на стартовую цену свыше 1,2 млрд сумов (более $100 тыс), была сделана всего одна ставка, что де-факто превратило тендер в фикцию. Более того, ключевое решение хокимията о передаче земель под вендинговые аппараты было скрыто от общественного доступа на платформе E-Qaror. А когда Антикоррупционное агентство провело проверку, выяснилось, что сроки сорваны, оборудование не установлено, а акты приемки не подписаны ни по одному из объектов первой очереди. Возникает еще вопрос: город отдал монополистический контроль над общественными пространствами структуре, которая не справляется с обязательствами, но исправно получает преференции?

Отдельно компания обязалась построить 230 социальных остановок в окраинных районах и махаллях. Они будут проще и меньше, без рекламных конструкций и части оборудования. Их строительство, по словам инвестора, обойдётся в среднем в 50–60 млн сумов – примерно $4–4,7 тысячи за объект. Звучит как благотворительность, но на деле это классическая схема: компания получает эксклюзивную монополию на все коммерчески выгодные остановки в центре и на главных магистралях, а периферия достается ей в качестве «бонуса», оплаченного за счет общественного пространства. Городские власти, отдавая предпочтение одному игроку, лишили бюджет потенциальных доходов от аренды других остановок и устранили рыночную конкуренцию.

Для пассажира, однако, цена остановки – вопрос вторичный. В жаркий день гораздо важнее понять, можно ли провести на ней десять минут в ожидании автобуса, не стоя всё это время под прямым солнцем.

Есть и ещё одна деталь, которую особенно хорошо ощущаешь летом, – скамейки. На многих старых остановках Ташкента, а на некоторых они сохранились и сегодня, установлены металлические сиденья. На солнце металл быстро нагревается, и место, предназначенное для отдыха, становится практически непригодным для того, чтобы на нём сидеть.

В новых павильонах для сидений использовали древесно-полимерный композит. Руководитель EWI Snacks Жахонгир Абдурахмонов преподнес это давно существующее решение проблемы как инновацию:

«Выбору сидений мы уделили особое внимание. Они должны быть удобными и для взрослых, и для детей. Кроме того, древесно-полимерный композит летом не сильно нагревается, а зимой не становится ледяным. То есть он относительно стабильно сохраняет температуру».

Проблема с защитой от солнца стала настолько заметной, что Экологическая партия Узбекистана предложила запустить пилотный проект «зелёных остановок» – с дополнительным озеленением и защитой от жары.

В итоге спор о новых остановках оказался не только вопросом дизайна. Для города, где летом температура может приближаться к 45 градусам, остановка должна быть рассчитана на реальную погоду, а не только на то, как она выглядит на фотографии.

Это лето стало для новых остановок своеобразной проверкой: насколько хорошо городская инфраструктура защищает человека именно тогда, когда эта защита нужна больше всего.

А в те же дни жители Ташкента жаловались и на кондиционеры в автобусах. В «Тошшахартрансхизмат» объяснили, что часть автобусов вообще не оборудована кондиционерами, а в других системы охлаждения хуже справляются с нагрузкой при экстремальной температуре, прямом солнце, частом открывании дверей и большом количестве пассажиров.

В итоге обычная поездка летом может выглядеть так: человек идёт к остановке по раскалённой улице, ждёт автобус под недостаточным навесом, а затем садится в салон, где кондиционер тоже не всегда справляется с жарой.

Солнцепек не для всех

Особенно тяжело высокая температура ощущается теми, кто не может выбирать время и место пребывания на улице.

Это коммунальные работники, строители, дорожные рабочие, курьеры, продавцы на открытых рынках. Это пожилые люди, которым приходится пользоваться общественным транспортом. Это родители с маленькими детьми и сами дети, которым нужно идти по улице независимо от того, насколько сильно раскалился город.

Есть и ещё одна, менее заметная сторона проблемы – то, насколько человек может защититься от жары, во многом зависит и от его дохода.

Кондиционер – это не только стоимость самого оборудования, но и расходы на электричество. Автомобиль позволяет не стоять на остановке под солнцем, но собственная машина доступна далеко не каждой семье. В квартире человек может закрыть окна и включить охлаждение, а на улице он уже зависит от того, предусмотрел ли город место, где можно спрятаться от солнца.

Поэтому в жару становятся особенно заметны различия между районами и людьми. На одной улице можно пройти несколько кварталов под кронами взрослых деревьев, а на другой – почти всё расстояние идти по бетону и асфальту, не встретив ни тени, ни скамейки, ни места, где можно остановиться.

При температуре +40 градусов разница между этими улицами уже не в их благоустройстве, а в том, можно ли на одной пройти несколько кварталов, а на другой – несколько минут под солнцем могут стать серьёзным испытанием.

Как сделать город прохладнее и не потратить всю воду

В жарком Ташкенте деревья становятся частью городской инфраструктуры не меньше, чем остановки, тротуары или навесы. От того, где они растут и насколько плотную тень дают, во многом зависит, сможет ли человек спокойно пройти несколько кварталов пешком, дождаться автобуса или просто остановиться на улице в самые жаркие часы.

Но одного факта посадки дерева недостаточно. За ним нужен уход, регулярный полив и правильно выбранное место – иначе через несколько лет от сегодняшнего саженца может не остаться ничего.

По мнению эколога, эксперта по водным ресурсам и члена общественного совета Национального комитета по экологии и изменению климата Нины Пикуль, Ташкенту необходимо массовое озеленение, однако подход к нему должен меняться вместе с климатом.

«Массовое озеленение Ташкента в условиях меняющегося климата абсолютно необходимо. Но нужно уходить от влаголюбивых растений и выбирать виды, которые лучше приспособлены к засушливому климату», – говорит Пикуль.

По её словам, город должен одновременно создавать тень и экономить воду. Поэтому речь идёт не просто о том, чтобы высадить как можно больше деревьев, а о том, чтобы продумывать всю систему озеленения: высокие деревья создают основной теневой слой, кустарники формируют второй уровень, а растения у поверхности земли помогают закрывать почву.

Для Ташкента, считает эксперт, подходят, в частности, такие деревья, как тополь, карагач, чинар, ясень и клён. Для нижних ярусов можно использовать растения, способные переносить солнце и засуху.

«Создание тени и экономии водных ресурсов начинается с правильного подбора растений и правильного полива», – говорит Пикуль.

Именно здесь возникает одна из главных проблем для города: чем жарче становится климат, тем больше нужна тень, а значит, нужны взрослые деревья. Но чем жарче и суше становится, тем внимательнее приходится относиться к расходу воды.

Особенно спорным Пикуль считает привычку покрывать большие пространства газоном.

«Газон не создаёт тени, но забирает до 70% поливной воды. В условиях, когда вода становится всё более ценным ресурсом, стоит задуматься, действительно ли огромные площади газона – лучший вариант для Ташкента», – говорит она.

Поэтому, считает эксперт, часть таких площадей можно заменять многоярусными посадками, которые одновременно дают тень и позволяют экономнее расходовать воду.

Почему не работает логика: дерево нужно не только посадить, но и вырастить?

В Ташкенте регулярно проходят кампании по посадке деревьев. По данным Национального комитета по экологии и изменению климата, в 2022–2026 годах в Ташкенте было высажено более 1 млн 350 тыс. саженцев деревьев и кустарников. В 2025–2026 годах в столице и прилегающих территориях высажено 38 тыс. деревьев. Каждый год появляются фотографии с новыми саженцами, высаженными вдоль дорог, во дворах и на общественных территориях. Но фотография сразу после посадки ещё не означает, что через пять или десять лет на этом месте действительно появится густая тень.

По словам Пикуль, часть деревьев, высаженных во время весенних и осенних кампаний, впоследствии погибает из-за неправильной посадки и нехватки воды.

Поэтому, когда город говорит о количестве высаженных деревьев, важно смотреть не только на цифру за один сезон. Не менее важно понимать, сколько из этих саженцев переживёт несколько жарких лет и действительно станет частью городской среды.

«Питьевая вода не должна использоваться для полива. Нам нужны другие источники – скважины, каналы, восстановление арычной системы», – говорит Пикуль.

По её словам, перспективными решениями также могут стать сбор дождевой воды и использование очищенной серой воды для полива. Для зелёных территорий в районах, где рядом проходят каналы, можно использовать существующие водные источники, а там, где это возможно, переходить на более экономичные системы орошения.

В 2025 году ограничения на полив питьевой водой фактически заставили многих ташкентцев осторожнее относиться к уходу за деревьями возле домов. Поливать из водопровода за неимением других источников разрешалось только в определённые ночные часы, а за нарушение режима жителей привлекли к ответственности. После этого, говорит Нина Пикуль, у многих осталось ощущение, что даже забота о деревьях может обернуться проблемой. Получается непростая ситуация: именно тогда, когда взрослые деревья особенно нужны городу из-за усиливающейся жары, их выращивание требует всё более продуманной системы водоснабжения.

Сейчас ограничения смягчены: с 2026 года жителям домов разрешили поливать деревья и кустарники питьевой водой в любое время суток при наличии приборов учёта и одновременно расширять использование систем капельного орошения.

Кампании по озеленению, которые ежегодно освещаются в отчетах хокимията, на практике часто превращаются в схему по освоению бюджетов. Мониторинг портала госзакупок xarid.uz регулярно выявляет «красные флаги»: технические задания, написанные под конкретных поставщиков, и отсутствие в договорах жестких гарантий приживаемости саженцев. Подрядчики получают оплату за факт весенней посадки, а к осени погибшие из-за нехватки воды деревья просто списываются. На их место на следующий год за бюджетный счет высаживаются новые. Эта «зеленая коррупция» создает бесконечный цикл расходования средств под видом заботы об экологии, при этом реальные, но менее «прибыльные» решения, вроде восстановления арычной системы или многоярусного озеленения, лишь декларируются.

Климатический экстрим крайне опасен для детей

Дети особенно тяжело переносят экстремальную жару. Они не могут самостоятельно решить, стоит ли сегодня идти по жаркой улице, где лучше переждать полуденное солнце или насколько долго можно находиться на открытом воздухе.

Во время аномальной жары в июле этого года в нескольких регионах Узбекистана детские сады на несколько дней временно приостанавливали работу. В Ташкентской области с 16 июля на несколько дней временно закрывались государственные, частные и ведомственные детские сады.

Закрытие детских садов вызвало вопросы и у работающих родителей: им пришлось в короткие сроки решать, с кем оставить маленьких детей, поскольку отмена работы детского сада не означала отмену рабочего дня.

Временное закрытие может быть необходимой мерой в периоды экстремальной температуры. Но если такие периоды будут становиться более частыми, одного переноса или отмены занятий будет недостаточно – детские учреждения придется адаптировать к новым климатическим условиям.

При этом возможности для такой адаптации у разных садов отличаются. Многие старые детские сады, построенные еще в советское время, имеют большие озелененные территории, взрослые деревья, террасы и тенистые площадки. Благодаря этому дети хотя бы часть дня могут проводить на улице, защищаясь от прямых солнечных лучей.

Ситуация усугубляется градостроительной политикой. В последние годы идет массовое уплотнение застройки, в том числе за счёт точечных проектов. Территории общественных пространств, скверов и тех же детских садов сокращаются, а старые деревья, дававшие тень, безжалостно вырубаются под предлогом «расчистки территории» или «капитального ремонта».

У новых, особенно частных, детских садов ситуация нередко иная. Их территории еще не успели обрасти взрослыми деревьями и сформировать полноценную зеленую инфраструктуру, а иногда площадь участка изначально невелика. В самые жаркие дни дети поэтому фактически вынуждены проводить большую часть времени внутри помещений, спасаясь от жары под не очень полезным воздухом кондиционеров. Получается парадокс: там, где ребенку особенно нужен свежий воздух и возможность двигаться, сама территория учреждения не позволяет безопасно находиться на улице.

Часть решений можно внедрять уже сейчас: переносить прогулки на ранние утренние часы, сокращать время пребывания детей на улице в самые жаркие периоды, оборудовать прохладные помещения и обеспечить постоянный доступ к воде. Но одновременно придется думать и о долгосрочной адаптации самих школ и детских садов: достаточно ли на их территориях деревьев, есть ли навесы и затененные площадки, можно ли высаживать больше зелени, насколько хорошо проветриваются помещения и защищены ли они от перегрева.

Для ребёнка городская среда – это двор, через который он идёт, площадка, где играет, остановка и дорога до дома. И если эти места не рассчитаны на всё более жаркое, аномальное лето, ребёнок оказывается одним из тех, кто сильнее всего зависит от того, насколько хорошо город умеет приспосабливаться к температуре.

Невыносимый зной вынудит Ташкент менять подход к озеленению

Кондиционер, безусловно, остаётся одним из главных способов пережить жару. Но он помогает только там, где человек находится внутри помещения или автомобиля. Он не создаёт тень вдоль тротуара, не спасает пассажира на остановке и не помогает курьеру, который проводит рабочий день на улице.

Поэтому слабая адаптация Ташкента к жаркому климату – это не только вопрос того, сколько кондиционеров установлено в домах и автобусах. Это деревья вдоль пешеходных маршрутов, навесы на остановках, скамейки в тени, доступ к питьевой воде, зелёные дворы и общественные пространства, где человек может провести хотя бы несколько минут, не находясь под прямым солнцем.

Даже возможность пройти лишние сто метров по улице, где над головой есть кроны деревьев, в жаркий день может существенно изменить ощущение от города. В этом смысле озеленение – уже не декоративная часть благоустройства. Это один из способов сделать город более пригодным для жизни в условиях меняющегося климата.

И тогда вопрос «кто имеет право на тень?» перестаёт быть метафорой.

В жарком Ташкенте деревья становятся частью городской инфраструктуры не меньше, чем остановки, тротуары или навесы. От того, где они растут и насколько плотную тень дают, во многом зависит, сможет ли человек спокойно пройти несколько кварталов пешком, дождаться автобуса или просто остановиться на улице в самые жаркие часы.

Летом в одной из махаллей Ташкента владелец частного дома поставил возле своего дома кулер с прохладной водой и разрешил бесплатно пользоваться им всем прохожим. Фотографией этой небольшой инициативы жители делились в социальных сетях, благодарили хозяина дома и отмечали, насколько такой жест важен в жаркий день.

А одна из частных компаний сделала специальное укрытие для уличных кошек, которое защищает их от перегрева. За основу взяли традиционные архитектурные приёмы, которые веками помогали людям спасаться от жары: домик сделали с защитой от нагрева, а крышу покрыли слоем земли и живой травой. Получился небольшой пример того, как старые способы защиты от солнца можно использовать сегодня – даже для животных, которым летом тоже приходится искать спасение от раскалённого города.

И чем чаще город сталкивается с экстремальной жарой, тем важнее, чтобы такие примеры были не единичными инициативами, а частью повседневной городской среды.

Сегодня в Ташкенте тень во многих случаях зависит от того, где человеку повезло оказаться. От того, сохранилось ли старое дерево возле дома, проходит ли автобусная остановка под его кроной, есть ли у человека автомобиль, может ли он закончить работу до полудня или обязан находиться на улице в самый жаркий час.

Возможно, именно по этому критерию и стоит оценивать, насколько город действительно адаптируется к жаре: не только по температурным рекордам и количеству высаженных деревьев, а по тому, насколько легко обычному человеку найти прохладное место, когда на улице за сорок.

В конечном счёте, адаптация к жаре измеряется не только температурными рекордами и количеством высаженных деревьев. Она измеряется гораздо проще: может ли человек пройти по своему району, дождаться автобуса, отправить ребёнка на прогулку или отработать смену так, чтобы не подвергать себя опасности из-за жары. Если для этого каждый раз приходится искать случайную тень, значит, город пока ещё не успевает за своим климатом.

Проблема жары в Ташкенте – это не только климатический вызов, но и лакмусовая бумажка прозрачности городского управления. Пока решения о том, кто будет строить остановки, сажать деревья и осваивать бюджеты на благоустройство, принимаются в тени кабинетов, сами горожане будут страдать от отсутствия тени на улицах. Адаптация к жаре невозможна без демонтажа монополий и введения реального общественного контроля за каждым потраченным сумом на городскую среду.